Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

портрет

Слово о Хотябычах

На минувшей неделе, с приходом развитой осени, Истинному Учителю Истины (то есть мне) пришлось установить на входе в кабинет секретный девайс, переделанный из рамки металлоискателя. Он реагирует противным писком на тайно проносимые посетителями мысли о Тайланде.

Эта мера оказалась необходимой, поскольку сами больные зачастую не сознают своего намерения бомбардировать меня слонами и самбуками. Они заходят издалека – для начала пытаясь выдавить из меня согласие на то, что стабильности нет и Сибирь обязательно отберут китайцы. Лишь потом они стыдливо делятся, что всего за миллион батов в Тайланде можно купить отличный дом с прислугою и нормально жить там даже на их будущую пенсию. 

Мои проницательные Читатели, конечно, догадываются, как я реагирую на мечтательное слово «пенсия» от статных пузатых юнцов под сорок. Но страдают они в итоге не за это, а за глубокое лицемерие.

На самом деле этим больным не хочется даже в Таиланд. Им плевать на Сибирь. Они не верят ни в какую стабильность и уже тем более ни в каких китайцев. И если поскрести их состоящие из взаимоисключающих параграфов легенды – то под угрозами сбежать с нестабильного и нечуткого Севера к стабильным чутким слонам обнаружится что-нибудь до смешного мелкое. Вроде желания не мучиться моралкой после измены жене в командировке.

Внимательно изучив это явление, я позвонил проф. Инъязову, вернувшемуся как раз из командировки – и как раз в Таиланд, где Сопромат Инъязович изучал последствия наводнения. Профессор был мрачен (последствия наводнения таковы, что в мире будут голодать без дешевого риса еще миллионов сто) и мрачно обозвал терзающее моих больных расстройство «синдромом Хотябыча».

Этот печальный каламбур точно указывает на компенсационную и глубоко сказочную суть болезни. Инфицированные рассматривают все творимые ими мелкие безобразия в качестве недостаточного, но хотя бы какого-то вознаграждения за лишения, которые они добровольно терпят.

Типичный хотябыч, в отличие от персонажа известной детской книги – как правило, далеко не старик. Куда важнее другое: он принципиально не творит чудес. Ибо, по глубокому убеждению жертвы Хотябыч-синдрома -- истинное чудо хотя бы то, что он выдерживает средневялый ритм жизни в этом чудовищно загруженном, загазованном и коррумпированном нестабильном климате. Из-за этого постоянного стресса у него и так уже начала портиться фигура и...
портрет

Слово об агасферном давлении

Вчера Истинный Учитель Истины (то есть я) принял участие в конференции ведущих мыслителей Евразии в кинотеатре «Октябрь». В ходе встречи я выступил с программной речью «Человечество, вперёд!», вырубил оперкотами (секретные удары оперработников МВД) двоих уфологов, пытавшихся стащить меня с трибуны, с успехом презентовал новый прибор Воронежской лаборатории и, наконец, выявил новый вид мутантов.

На трибуну поднялся невысокий упитанный юноша лет под сорок в гавайке со стразами. Он рассказал о философии успеха, удачно используя пример собственной карьеры. По его словам, он начинал еще в 1980-х простым советским фарцовщиком, одновременно без устали переписывая видеокассеты со Шварценеггером, набивая чучела и веря в успех. А потом он нанялся в создаваемое российское представительство немецкого концерна, и теперь, спустя много лет, покупая произведенный поляками немецкий электрочайник, все россияне отстегивают также ему – за его непростую работу по продвижению брендов.
Зал взорвался аплодисментами. Однако докладчик не хотел так быстро ставить на себе точку. Он включил проектор и стал рассказывать о том, как изменилась его жизнь после достижения успеха.

-- Теперь мне не нужно сидеть в вашей загазованной Москве. – приговаривал он, щелкая мышкой. -- Я все время путешествую и фотографирую, это очень интересно. Вот это самая дорогая плавучая гостиница мира, дрейфующая в Индийском океане. Это мои тапочки в кадре, снято через прозрачный пол. Не обращайте внимания. А вот вот крупнейший комплекс развлечений в Токио. Кофе там почему-то подают в миниатюрных пластиковых лингамах. Вот таких… Кстати, интересный факт для книги рекордов Гиннеса: в этом здании сорок восемь одних только дискобаров.

На этом месте я нахмурился и достал дискобарометр. Как оказалось, вовремя: агасферное давление в конференц-зале достигло 15 дискобар, и многим уже поплохело. Мне пришлось метнуть в докладчика замораживающее заклинание. На лбу у замершего селфмейдмена проступил след ментального удара в виде двух вертикальных столбиков, и я начал оказывать коллегам первую помощь.

…Агасфера -- одна из биологических оболочек Земли, населенная особым видом мутантных организмов. Она сконструирована Внеземными Цивилизациями из отработавших своё культовых и военных сооружений, симпатичных пейзажей и примкнувших к ним общепитов с дискобарами. Жизнедеятельность агасферических мутантов, как установлено, заключается в подчеркнуто бесцельных перемещениях по указанным местам с перманентным испусканием в наш мир отчетов о своем местонахождении. Эти отчеты и создают то агасферное давление, под гнетом которого мы живем.

Название этому новому пространству дал проф. Инъязов -- в честь первого настоящего туриста в современном понимании, по легенде отправленного в непрерывное кругосветное турне лично Иисусом Христом. Карьера простого обувного дизайнера из Иерусалима, ранее считавшаяся проклятием, сегодня является идеалом для миллионов.

Агасфера извращает человеческую жажду знаний и действия, превращая ее в позорный пшик с помощью якобы «путешествий». На самом деле это типичная подмена понятий. В древности все путешествия имели ясную сверхцель. Пифагор в Египте не загорал, а учился. Гильгамеш выручал друга из лап смерти. Одиссей наплевал даже на бессмертие, чтобы вернуться домой, увидеть жену и довоспитать сына.

Даже римляне, чью цивилизацию современность постоянно норовит копипастнуть, не додумались до создания полноценной агасферы: у них еще путешествия как самоцель назывались скитаниями -- и рассматривались в качестве величайшего несчастья. Помпей и Цицерон понятия не имели о том, что им привалила уникальная возможность позырить на чужие святыни и окунуться в далекие водоемы. Они, напротив, скорбели и неудержимо рвались домой.

Неслучайно, кстати, посмертное блуждание по миру без упокоения было пенитенциарной мерой небес в отношении особо злостных грешников – привидений, вампиров и прочей нечисти. Самым страшным в этом наказании, несомненно, было лишение сверхцели.

С тех пор, однако, приоритеты изменились. Наш современник, официально отлученный от сверхцелей, тем не менее вынужденно работает как стахановец – поскольку общественный статус, ранее дававшийся раз и на всю жизнь, сегодня нужно постоянно и мучительно отстаивать. Это породило повсеместную подпольную идеологию безделья: вслух его ругают, а втихую воспевают, как заграницу при Брежневе.

Эта подпольная идеология породила своих бодхисаттв – людей, которым удалось достичь безделья, но сохранить статус. Именно они заселили агасферу и выпендриваются оттуда на остальное Человечество своим неизлечимым «а какие необычные сувениры есть у вас?»

К сказанному остается добавить, что с точки зрения познания ценность перемещений в агасфере близка к нулю. В т.н. «достопримечательностях» не сообщат ничего такого, чего нельзя было бы узнать по интернету -- а реальную жизнь местных не понять, если не поработать с ними на заводе, в поле и на панели. Тем не менее, агасфероиды нередко выдают свое акынство за науч-поп. Клиническим примером такого агасферического идиотизма в вакууме является малоизвестная книжка некоей московской журналистки, отработавшей 3 недели аниматором в туристической зоне в Хургаде -- и немедленно по возвращении раскрывшей своим читательницам Тайны Востока.

…Агасферические мутации излечимы. В Воронежской лаборатории разработан контрвирус, блокирующий у больных возможность испускать отчеты. Без этого они начинают чувствовать себя забытыми и утрачивают волю к скитаниям, превращаясь обратно в людей.
портрет

Против хургадизма

В последние дни Истинный Учитель Истины (то есть я) занимался полевыми исследованиями кризисных психоэпидемий. В частности, нами с проф. Инъязовым был обнаружен любопытный факт. Пациенты, в годы высоких доходов избегавшие думать о душе, хотя ее игнорирование доводило порой до трагедий -- сейчас, когда им нужно решать насущные вопросы, так и норовят обратиться к психотерапевту, пройти тренинг подороже и закатиться в популярный дацан. Способность наших современников безошибочно определять самую актуальную проблему и бежать от нее сломя голову, несомненно, достойна отдельного изучения.

От работы вчера меня отвлек неожиданный гость -- неожиданно щекастый при тощем телосложении молодой человек с большими карими глазами.

-- Вы напишите, что нету никакого кризиса, если в стране разумно всё устроено. -- попросил он. -- Вот я в Египте был, только что прилетел. Там классно...

-- Что же там классного, голубчик? -- удивился я, вспомнив Египет.

-- Они такие вежливые, веселые. Получают немного, но зато у них всё дешево и натуральное. Они не парятся, у них нет этого нашего дурацкого цейтнота. Та чашка кофе, которая у нас полтораста рублей, у них в 5 раз дешевле. И тебе приносят отдельно чашку, отдельно джезву и при тебе наливают... Налоги -- низкие, лишь бы ты делал что-то. Я у них спрашивал -- никакого кризиса они не чувствуют, строительство продолжается по полной. Преступности вообще нет!

-- Преступности нет?.. -- переспросил я, уже догадываясь.

-- Ну да. -- горячо подтвердил пациент. -- Они же туристической полиции боятся как я не знаю. Для них турист -- священная корова. Ты хоть сбей египтянина на улице, скорее всего его же и посадят!

Я вздохнул. Пациент подхватил за рубежом хургадизм, а лечение его -- крайне неприятная и энергоемкая процедура.

Заболевание, о котором идёт речь -- отчетливо инопланетное, внедренное для максимального разобщения Человечества. Хургадизм поражает главным образом людей, остро переживающих свою социальную незначительность. Немного усилий со стороны Внеземных Цивилизаций -- и вместо того, чтобы трудиться ради обретения всеобщего уважения, больной начинает судорожно искать собственный "третий мир" с голыми послушными дикарями на коралловом берегу.

Побывав в стране, где всё дёшево, а кофе наливают из джезвы у столика белого господина, хургадист влюбляется в нее беззаветно. Бесполезно сообщать ему, что египтяне -- великий народ, вдвое многочисленней украинского, но живущий без собственной науки, машиностроения, тяжелой индустрии и денег. "Да, это всё так. Но им так нравится жить!" -- защищают хургадисты свой постыдный идеал. Хотя думать, будто взрослому мужчине нравится почтительно наливать кофе иностранному юнцу -- примерно так же справедливо, как считать, будто порноактрисы искренне улыбаются в камеру.

Но как зрители порнофильмов знать не хотят весь тёмный ужас, предшествующий яркому совокуплению актрисы с тремя пенсионерами -- так хургадисты не хотят знать, что лежит за туристическими зонами. Любое место, где они чувствуют на своей голове пробковый шлем, почитается ими прекрасным и беспроблемным.

Хургадизм опасен тем, что инфицированные им продолжают искать "третий мир" и у себя дома. Это они скандалят в ресторанах, когда им неправильно подают второе. Это они придумали унизительную мантру "слово клиента закон" и ноют, что этой простой истины У Нас Не Понимают. Это они подсознательно хотели бы восстановления кастовой системы -- с условием, разумеется, что сами окажутся в числе дваждырожденных. Им мало носить дорогие кожаные вещи -- они хотели бы, чтобы кожевенники при встрече держались на установленном расстоянии и прикрывали рот, дабы их не осквернить. (Кстати, есть все основания проверить возможную связь между санскритским "чамары" -- названием касты неприкасаемых -- и современным отечественным "чморить").

Хургадисты предпочитают не задаваться вопросом, отчего туристические зоны в идеальных странах так жестко охраняются от народов этих стран. Между тем, ответ им могли бы подсказать туристы, прибывшие оттопыриться на Новый 1959-й год в Гавану -- город идеального сервиса и дешевых девушек, которым просто нравилось так жить.
портрет

Против гришковечности, или Похвала переменам

Вчерашний день Истинный Учитель Истины (то есть я) провёл как должно: открыл в подшефном колхозе им. Баграмяна кролиководческую ферму, обыграл в чапаева Секретариат и, наконец, вскрыл одно серьезное массовое заблуждение касательно вечности.

Причиной стала пациентка -- упитанная обозревательница столичных журналов, ярко ругающая мужской пол и бытовые неудобства. Явившись на приём в джинсах и бусах в перерывах между двумя экзотическими поездками, она строго спросила меня:

-- А вообще, когда это всё кончится? Я про Кавказ.

-- Нескоро, дитя моё. -- ответил я. -- Он древний, над ним ещё птеродактили летали.

-- Меня выбешивает просто, что столько нерешенных проблем, а наши взялись помогать каким-то одним чуркам против других. -- продолжила гостья. -- Паспортов им пораздавали... Я уже сколько времени как с Украины приехала, а гражданства мне пока никто не предлагал. Почему сначала со мной разобраться не могли? Дали им 500 миллиардов для начала, а я от этого государства слышу только -- "рожай, мы воюем, нам пушечного мяса нового нужно"! Вот фиг я буду им рожать. Рожу, потом соавтор ребенка тю-тю, естественно. И чего мне потом? А я молодая, красивая, ездить люблю, я еще в Грузии не была, а там дешево...

На этом месте я всё понял и властным жестом сунул посетительнице белую шоколадку.

Дама оказалась носительницей инопланетного заболевания, созданного с целью окончательно дезориентировать Человечество. По моей просьбе проф. Инъязов придумал для него ярлык "Гришковечность" , имея в виду общую для больных тягу к комфортному безвременью и творчество знаменитого деятеля культуры Е.Гришковца.

Суть гришковечности в том, что подцепившие её норовят любой стабильный период собственной жизни считать вечным и неизменным состоянием мироздания. Всё, что нарушает его, воспринимается гришковечными больными как акт агрессии, направленной лично на них. Любопытно, что гришковечные вполне допускают хаос на уровне собственных поступков. Они лично дозволяют себе халтурить, скандалить, увлекаться, расходиться и бросаться тяжелыми предметами -- но категорически отказывают в этом праве окружающему миру.

Мир, состоящий в их представлении из ряда кафе, мест работы, магазинов и двух видов заграницы (дорогая и дешевая), обязан работать как часы. То есть не хамить, организовывать посиделки, платить вовремя, жрать что гришковечные ему дают и -- ни в коем случае не дорожать.

...Появилась гришковечность не вчера. Еще древние обитатели Междуречья полагали, что мир зиждется на ирригационных сезонах Тигра и Евфрата, текущих к морю исключительно для выращивания фиников и продажи их окрестным народам. Мир был настолько ясен, что в нем появились даже специально обученные боги, обметающие женские пальмы пыльцою с помощью специальных метёлок. Эта вечность продолжалась около полутора тысяч лет, пока соль, содержащаяся в реках в малом количестве, не сделала почвы непригодными для финиководства.

С тех пор время неимоверно ускорилось, но всякая новая эпоха порождала всё новые разновидности гришковечности. Апофеозом её разумеется, стало Новейшее время. Сперва петербургские поэтессы, привыкшие к вечности с шампанским и пахитосками в "Бродячей собаке", недоумевали, что это за революция такая и почему им не нашлось после неё места. Затем мюнхенские банкиры, привыкшие отстёгивать и договариваться, не поняли, с чего это к власти пришли психи и почему теперь им из-за национальной принадлежности нужно бежать за океан, бросив всё. Уже в недалёкое от нас время короли посиделок в европейских пабах и бразери, переставшие заводить детей, но не наращивать потребление, не поняли, что за черномазые завелись в их чистых городах.

В наши дни и в наших широтах гришковечные недоумевают, с чего этому миру, задолжавшему им еще столько дискомфорта, вздумалось воевать с одной из Дешевых Заграниц. Разумеется, они подозревают, что сделано это с целью заработать материальных благ. Причём тех самых, на которые вполне могли рассчитывать бы они.

Прекрасным образчиком сегодняшней гришковечности является новая книга известного публициста Д.Быкова "Списанные". Её сюжет сводится к тому, что лирическому герою, халтурящему, увлекающемуся, беседующему за алкоголем и ездящему по дешевым заграницам, внешний мир вдруг сокращает возможности продолжать в том же духе. Проведя собственное расследование, герой обнаруживает, что виноват во всём непосредственно Бог. Ему, понимает герой, доставляет удовольствие мешать людям жить (то есть халтурить, увлекаться, расходиться, скандалить, вести беседы за алкоголем и ездить по дешевым заграницам). И поэтому Создатель подкидывает им бытовые неудобства. Более гришковечно высказаться невозможно по определению.

...К сказанному остаётся добавить: гришковечные органически неспособны уловить прямую связь своей халтурной ежедневности с глобальными катастрофами. Хотя совершенно очевидно, что мир, в котором упитанная дама в мегаполисе зарабатывает глупой руганью в журналах годовой бюджет непальской деревни, рано или поздно взбунтуется. И в Непале к власти придут маоисты, а другая дешевая заграница от нищеты и зависти изберет себе откровенного дуче и начнёт стрелять по соседям из установок залпового огня "Град".


Космос с чистой совестью отказывается от терапии гришковечности. Она исчезает сама, когда на сконструированные больными мирки обрушиваются большие перемены.

P.S.

Древнее китайское проклятие "May You live in interesting times", воспроизводимое по-русски как "чтоб ты жил в эпоху перемен", впервые появилось на свет в 1950 году в рассказе английского писателя Эрика Фрэнка Рассела "Поворот" :)
портрет

Похвала негативу

-- Мне нужно найти какой-нибудь позитив. -- уныло повторил крепкий мужчина лет тридцати, менеджер проектов, сидя в кожаном кресле напротив Истинного Учителя Истины (то есть меня). -- Работа мне надоела, не могу себя заставить. Хотя я в принципе знаю, чего хочу -- иметь долю в прибыльном проекте, путешествовать... Но как только доходит до работы -- у меня всё прямо опускается. Не хочется. Хобби не спасает -- какой смысл, если оно все равно ничего в моей жизни не изменит? В общем, я никак не могу восстановить позитивное отношение к жизни.

-- И давно это у вас, голубчик? -- поинтересовался я.

-- Полгода где-то.

-- А живете на что?

-- Накопления есть. И жена работает...

Я достал из ящика черную сигариллу, закурил и вдруг рявкнул, сунув ему в нос кукиш:

-- Вот вам, а не позитив!  Стыдитесь, на что вы стали похожи?

Моя эскапада объяснялась просто: клиент находился под воздействием внеземных ПОЦ-лучей, и мне пришлось их разгонять.

...Инопланетные цивилизации, все еще лелеющие планы морально опустить Человечество и обидно поржать над ним, в последние годы извращают буквально всё, что попадает под их рахитичную трехпалую руку. Одной из их последних жертв стало такое волшебное человеческое свойство, как мечта. Они придумали и успешно внедрили на огромных пространствах Земли ее эрзац -- т.н. "Позитив", известный также как Позитивное Отношение к миру. На смену же прежним цивилизационным формам инопланетяне пытаются ввести чудовище разврата -- Позитивно-отношенческую цивилизацию (ПОЦ), и о ней стоит поговорить подробнее.

Суть ПОЦ заключается в следующем: ее адепты отказываются от своей человеческой природы, которой свойственна тяга к самоисправлению и обновлению мира -- и поклоняются Позитиву. На исправление себя и изменение мира наложено табу -- адепты ПОЦ обязаны верить, что они прекрасны, а мир неизменен -- и надо лишь правильно устроить прекрасного себя в нем. Идеальной метаморфозой современные адепты ПОЦ считают превращение себя в рантье собственного мозга -- то есть в некого загорелого эпилированного типа с ноутбуком, выдумывающего все новую "интеллектуальную собственность" и впаривающего лицензии на нее миллионам (суперПОЦа).

Этот спекулянтский идеал, разумеется, неприятен всякому нормальному человеку. Подавляющее большинство адептов ПОЦ в глубине души остаются людьми и не хотят становиться этим монстром. В душе земляне остаются тем же, чем были всю свою историю -- частью единого человеческого племени, счастье, радость и расширение могущества которого издревле было для всех высшей ценностью. Как ни странно, это остается медицинским фактом: там, под слоями индивидуализма и позитивной пропаганды, все желают общего блага куда больше, чем собственного бассейна. Ибо лишь польза, принесенная многим, дает человеку истинное чувство гордости за себя.

Неудивительно, что души ПОЦ-адептов не желают превращения в суперПОЦа. Души мстят -- и адепты испытывают тоску, скуку, апатию и неприязнь к себе. Чтобы заглушить этот протест душ, адепты предпринимают все те странные шаги, которые давно стали их видовым признаком и неубедительно объясняются "стрессом на работе".

К примеру, они одержимы тягой к смене картинок и путешествуют как угорелые. ПОЦ-адепты утрамбовали своими спинами все теплые пляжи экваториального пояса, истоптали все тропинки Непала и все барханы Египта. На самом деле их "сменить обстановку" не должно нас обманывать -- они хотят сменить на самом деле себя, выпрыгнуть из чешуйчатой шкурки мелких врагов рода человеческого.

С той же целью они создают симулякры религиозных практик, внедряя ПОЦ-йогу с групповыми обнимашками и хождением по стеклу и ПОЦ-богослужения с теми же обнимашками. Они истерично пытаются уверить себя, что мир позитивно настроен к ним и что они -- позитивны к миру. Поскольку это вранье, жертвы позитивной пропаганды регулярно впадают в истерику и оказываются в одиночестве.

Космос считает идеальной терапией для пострадавших от ПОЦ-лучей воспитание здорового, деятельного отвращения к себе. Вместо  убогого, античеловеческого позитива больным рекомендуется испытывать невыносимый, требующий немедленного противодействия негатив. В конце концов, Великая Отечественная война была выиграна не потому, что советский народ жаждал оттянуться в Берлине.
портрет

О Настоящей Жизни, или фотографический нравственный императив

В последние два дня Истинный Учитель Истины (то есть я) не написал ни строчки, потому что изучал магические свойства фотографии. Причиной стал упитанный пациент, явившийся ко мне с толстой пачкой фотоснимков и разложивший их передо мною на столе.

-- Вот я на своей ауди. -- нежно приговаривал он. -- Вот мы с друзьями в бильярд играем. Это Мармарис...

Когда мне удалось его прервать, я поинтересовался, на что он жалуется.

-- У меня депрессия. -- признался пациент. -- Затяжная, очень давно уже.

...Кажется, разительный контраст между фотоальбомами, изображающими бильярдно-мармарисное счастье наших современников, и их же повседневными унылыми физиономями еще никем не изучался. Поэтому я решил стать первым, опередив даже такого ловкого пострела, как проф. Инзъязов. Эпикриз моего исследования таков: фотоальбом как понятие способен захватить волю человека и полностью подчинить его себе.

Речь в данном случае не идет о происках Внеземных Цивилизаций. Фотографический императив -- это мутация местная, земная. В ее основе лежит традиционное человеческое желание остаться в памяти -- своей и в первую очередь своей семьи -- в симпатичном виде. Поэтому купеческие пары эпохи Возрождения, желавшие быть написанными какими-нибудь Большими или Малыми голландцами, одевали для позирования что получше и натаскивали в изображаемое помещение самые богато окованные сундуки.

В начале двадцатого столетия мои собственные родители готовили меня к фотографированию не меньше часа: меня переодели несколько раз, многократно переложили на моей семилетней голове блондинистые кудряшки, потом долго требовали сделать серьезное лицо (тогда считалось, что лица должны быть серьезными, на грани похоронности) -- и после этого я, сидящий на стуле между отцом и матерью, еще не менее десяти минут смотрел на вертлявого фотографа, ожидая вспышки магния.

В то время фотография воспринималась как единичный случай -- шанс показать потомкам, какими предки были в их лучшие моменты, "на пике формы". Никто, разумеется, не принимал изображенную на фото, заведомо искусственную реальность за правду (до семидесятых годов двадцатого века было принято фотографироваться на фоне фальшивых пейзажей, изображающих горы, море и спускающуюся по колонне беседки лозу).

Однако с развитием фотографии массовой, ежедневной и производимой с помощью любого утюга -- идея подверглась болезненному изменению. Она заставила мозг нашего современника сделать своего рода кувырок -- и резко поменяла в нем местами восприятие реального и ненастоящего.

Настоящей Жизнью поддавшиеся диктатуре Фотоаппарата люди почему-то назначают то, что могут вставить в альбом (список чётко ограничен: я на ауди, я с друзьями в биллиард, это Мармарис, это барбекю). Всё прочее, занимающее вроде бы девяносто пять процентов жизни, назначается чем-то несущественным, неважным, что следует как можно скорее "перезимовать" -- до следующего акта поклонения объективу. При этом в их мозгу поселяется иллюзия, будто всё свое существование можно подтянуть до фотографической реальности -- надо только постараться.

Поэтому, если в распоряжение наших далеких потомков, не дай Бог, и в самом деле попадутся размещенные на каком-нибудь сервисе "мои фотоальбомы" -- то потомки убедятся: предки почти не работали, не занимались уборкой, не читали книг, -- зато патологически часто рубались в бильярд, плясали, катали шары в кегельбане и всё время, практически всем Человечеством, беспрерывно смеялись в Мармарисе.

В особо запущенных случаях фотографический нравственный императив так силен, что даже не требует фотоаппарата. Зомбированная личность сама, по своей воле плюет на девяносто пять процентов своей жизни, считаяя ее незначительной фигней -- и судорожно ищет возможности попозировать перед вспышкой собственного субъективного кэнона. В этом желании встать с длинным шампуром барбекю над средиземноморскими водами, испытав краткое счастье от соответствия жизни фотоальбомным идеалам -- корень не только большинства супружеских предательств, ссор и разводов. В нем, с учетом невозможности привести к фотоальбомному идеалу свою жизнь -- корень и затяжных депрессий, подъедающих нашего современника.

Ибо только отказавшись от подчинения фотоальбому, требующему бросать жизнь в топку ради долёта до Турции раз в год, больной заметит, к примеру, что работает на нелюбимой работе, а живет и выглядит как попало. И, возможно, сумеет принять меры.

Космос призывает сделать это.
портрет

О загадках загадочного востока, или Мерлин при дворе янки

Вчера вечером в кабинете Истинного Учителя Истины (то есть меня) раздался телефонный звонок, и ломающийся мужской голос сообщил мне, что я ничего не смыслю в жизни.

-- Вот как? -- заинтересовался я.

-- Вы глумитесь над Практиками Востока, которым о-чень много лет... -- насмешливо произнес ломающийся голос. -- Вы в них совершенно не разбираетесь, хоть бы что-нибудь почитали из интереса. Такие псевдоучителя как вы приходят и уходят, а Восток был, есть и останется, когда про вас уже все забудут. Это всё, что я хотел вам сказать. Вы могли бы попробовать сами эти реально работающие техники... Продолжайте оставаться в своем неведении, пытайтесь вышучивать То, Что бесконечно Выше вашего понимания. Вы слепец, стоящий на одной ноге в дырявой лодке и воображающий, будто...

Я осторожно положил трубку на стол, чтобы дать юноше выговориться. А сам сходил к кофейнику, распечатал плитку белого шоколаду и стал думать.

Из всех загадок, которые несомненно таит в себе наша жизнь, наиболее загадочной является Загадка Загадочного Востока. Ее можно сформулировать так: с какого перепугу область мира, задыхающаяся от нерешенных социальных, демографических и духовных проблем, от нищеты, коррупции, бесстыдной эксплуатации, антисанитарии, неграмотности, голода и неустроенности, страдающая одновременно комплексами неполноценности и жесточайшим расизмом, объявлена у нас в Старом Свете вместилищем некой мега-мудрости?

Дело тут, разумеется, не в самом Востоке. Синдром Загадочной Заграницы -- это традиционная европейская болезнь, ей уже более двух с половиной тысяч лет. Конкретный адрес местности все время менялся, однако сама симпотматика оставалась неизменной. Считалось, что в (название местности) живет Реально Работающая Техника того, как сделать человека обычного -- мега-человеком с нечеловеческими способностями. Неизменная привлекательность Загадочной Заграницы в том, что при несрабатывании Реально Работающей Техники всегда можно завернуться в Заграничные Термины или Восточные Притчи. Из ваших объяснений, почему ничего не получилось, всё равно никто ничего не поймет -- но испуганно отстанут.

Самой первой Загадочной Заграницей в истории европейской цивилизации стал, конечно, Египет. Когда ученикам Пифагора понадобилось пропиарить его технику "восхождения души", они начали утверждать, что он перенял ее в Египте и Вавилоне. Спустя 200 лет на ту же тропу ступили герметики, объявившие свое учение переводом египетской Изумрудной Скрижали. (Я не знаю, продавали ли они целебные маленькие пирамидки, но почему-то уверен, что да, и недешево.) Потом в моду еще много раз входили то Персия, то Сирия, то Междуречье. (Кстати, "вавилонские маги", давшие миру первого из добрых очкастых волшебников в остроконечной шляпе и с бородой -- гофмановского Альпануса,  а также его клонов -- диснеевского Мерлина, Гэндальфа, Дамблдора и пр., -- сообщили им свой облик и одежду.)

Христианство, будучи учением этическим и четко антимагическим, на какое-то время подрубило Загадочной Загранице бизнес. Однако уже в 15-16 вв в ротацию вновь вошли старые хиты Египет и Вавилон. А когда в Европе образовался класс грамотных сытых людей, избавленных от необходимости бороться за свое социальное положение -- за Тайными Техниками Востока встали в очередь.

Любопытно, кстати, что поначалу хранителями Мудрости Востока туристы, возвращавшиеся в Европу из круизов девятнадцатого столетия, объявили тех, до кого добрались -- уличных фокусников. Время "йогинов и дервишей" пришло много позже "времени факиров". Однако раньше "времени даосов", "времени яки" и "времени вуду".

...Сейчас мы переживаем всего лишь очередное обострение Загадочного Востока. Выглядит это, образно выражаясь, Марк Твеном наизнанку: среди потомков бравого янки из Коннектикута появляется бородатый мужик с посохом и объявляет, что он только что победил стоглавого великана одним заклинанием. Янки, раскрыв рот, млеют: надо же! Одним заклинанием!.. Никто не требует доказательств: ведь он и бородатый, и с посохом... Мерлин продает "кельтские магические техники" в 18 томах и открывает мастер-класс по руническому феншую, возглашая: "Хлопок одной рукой подобен луне в ведре!", "Перестань индульгировать свой нагваль, Карлос, люди смотрят" или "Совы не то, чем они кажутся"  "Не познавшие дхармы не достигнут мокши!"  


...Но, друзья мои -- примем всё это на веру. Как ни странно. Поверим: в Индии и вправду густо понатыканы Великие Учителя и Живые боги, по Китаю и Корее действительно бродят тысячелетние даосы с несокрушимой эрекцией, по Мексике автостопом передвигаются раздваивающиеся и превращающиеся в фауну брухо, в Тибете затаились Махатмы. Согласимся: всё так и есть.

Останется два нескромных вопроса: 

1) если это "наука жизненной мудрости". Почему в странах, воспитанных на ней, так плохо живется?

и

2) если это "реально работающие техники". Почему ни один европеец или американец, обучавшийся годами Загадкам Загадочного Востока, так и не привез никаких мега-результатов, кроме книг с многозначительными фразами и Заглавными Буквами?

Я не шучу. Блаватская привезла "Разоблаченную Изиду" и неплохо продала. Елена Рерих привезла "Листы Сада Мории" и все остальное, и неплохо продала. Кастанеда притащил десять томов и неплохо продал.
(Все, кто был в Индии и на Тибете) что-нибудь написали и неплохо продали. Но никто из них почему-то так и не удосужился продемонстрировать ничего сверхчеловеческого. Более того: даже сами дети Востока, пересекая его условную границу с Западом, отчего-то теряют свои сверхчеловеческие качества. Далай-Лама гастролирует с лекциями, Ошо и Кастанеда ездили с лекциями, Ли Хунчжи ездит с лекциями, и все они бешеными темпами издаются и неплохо продаются. 

(Ну да. Они любят повторять, что "это тайное знание, и демонстрировать эти навыки нельзя". Описывать на словах, издавая миллионными тиражами, можно. А демонстрировать -- ни-ни.)

В остальном Знание Востока оказывает на Запад удивительно малое воздействие. Миллионы европейцев и американцев вот уже десятилетиями сидят в позах и дышат, повторяя "Ху" и "Фа".  Но не сказать, что восточная гимнастика сделала их в чем-то качественно превосходящими тех, кто занимается гимнастикой обычной. Миллионы европейцев и американцев также медитируют по-восточному. Но пока ни один из медитировавших не одарил мир никакими культурными или научными прорывами.

...При этом жителей мегаполисов продолжают бомбить Загадками Загадочного Востока не как гимнастикой и не как умственной дисциплиной. Им упорно продают сверхчеловеческое чудо -- вечно оказывающееся либо за дверью, либо в потаенных комнатах, либо через десяток лет упорных занятий, либо безнадежно субъективным ("Ты -- летал, Карлос! Потому и тебя и стошнило на брюки", "Я научился находиться в состоянии оргазма в течение двадцати часов, при этом ясность сознания не теряется и эрекции нет! Могу передать свой опыт людям..."). 

На самом же деле любой может убедиться: уравновешенные, здоровые, добрые, счастливые и приносящие пользу миру Практики Восточных Практик существуют почему-то только в анкетах на сайтах знакомств. В реальности знакомые о них философски вздыхают, а экс-супруги нервно ежатся.

...Я доел шоколад, допил кофе и поднял трубку. 

-- ...И поэтому не важно, умерли даосы или нет. Они создали систему психофизического треннинга, имеющего влияние на развитие человека на многих уровнях. -- вещал юноша. -- И даже если умерли, то сделали это в более позднем возрасте, чем семяизвергающие...